Want to make creations as awesome as this one?

No description

Transcript

Кузбасские поэты фронтовики

Кузбасские писатели фронтовики

Мамаев В.М.Буравлев Е.С.Борисов М.Ф.

Ворошилов В.С.Прудников М.С.Волошин А.Н.

Борисов Михаил Федорович(1924 - 2010 гг.)Герой Советского Союзапоэт

Биография

Награды

Стихи

В ряду фронтовиков у Михаила Федоровича Борисова особое место.Родился Михаил Федорович Борисов 22 марта 1924 года в Алтайском крае. Закончил восемь классов и стал проситься на фронт.Отказали, предложив учебу в Томском артиллерийском училище.После ускоренных курсов он в составе морского десанта в декабре 1941 года принял участие в боевых действиях в районе Керчи. Отсюда начался его трудный путь по дорогам войны: защищал Сталинград, освобождал Донбасс…Особо отличился в Курской битве.Под Прохоровкой он совершил свой великий подвиг, за 20 минут боя, лично уничтожил 7 немецких «Тигров».За этот подвигМихаилу Борисову было присвоено звание Героя Советского Союза и он вошёл в список личных врагов Гитлера.Много лет спустя, уже став известным поэтом, автором нескольких больших и малых книг, Михаил Борисов в одном из своих стихотворений написал:Сорок третий горечью полыннойНа меня пахнул издалека —Черною, обугленной равнинойВидится мне Курская дуга.Те бои — как мера нашей силы.Потому она и дорога,Насмерть прикипевшая к РоссииКурская великая дуга…УКРОЩЕНИЕ «ТИГРОВ» (из воспоминаний М. Борисова)«Мы уже знали, что у противника появились тяжёлые пятидесятидевятитонные танки «Тигр» и штурмовые орудия «Фердинанд». Это были грозные машины с хорошей бронёй и мощной пушкой. Не зря же немцы на весь мир трубили, что «они будут резать русскую оборону, как нож режет масло». Даже у нас, фронтовиков сталинградской закалки, при одной только мысли о возможной встрече с ними холодок пробегал по спине. А приходилось скрывать это, терпеливо убеждать молодёжь (и себя тоже!), что у любого танка имеются уязвимые места. <…>Над голым полем стлался дымок. Он-то и прикрыл нас, спас от неминуемой гибели. Мы первыми заметили вражеские танки. Их было 19 и двигались они по отношению к нам наискосок. Судя по архивным данным, это была скорее всего, одна из ударных групп дивизии СС «Великая Германия» или «Мёртвая голова».Дымок дал нам возможность установить пушки, укрепить сошники, сгрузить ящики со снарядами и отогнать в тыл автомашины. Хорошо помню, как командир батареи старший лейтенант Павел Ажиппо бегал от орудия к орудию и буквально умолял: «Ребята, не стреляйте. Дайте подойти им поближе». Дело в том, что у нашей пушки ЗИС-3 образца 1942 года прямой выстрел не превышал 600 метров, тогда как у «Тигра» он поначалу доходил до полутора километров. На душе было тревожно. Первая всё-таки встреча с броненосным зверьём. Какими противотанкистами окажутся мои комсомольцы? Выстоят ли?Но начало неравного поединка несколько успокоило. После нашего залпа сразу вспыхнули две машины. Ага, подумалось, и они горят за милую душу. Только долго радоваться не пришлось. Нас тут же накрыли ответным огнём. Откуда-то справа ударила миномётная батарея. В небе закружили «мессеры». Земля, что называется, заходила ходуном. Появились убитые и раненые, стали выходить из строя орудия.Я занимался обычным солдатским делом. К какому-то орудию подносил снаряды, кого-то из раненых относил в сторону и перевязывал. Когда умолкла последняя пушка, кинулся к ней. Покрутил моховичками, всё оказалось в порядке, да и снаряд находился уже в казённике. Поймал в перекрестье панорамы борт ближайшего «Тигра» и нажал спуск. Танк задымил. Сбегал за снарядом. И второй выстрел оказался удачным. Дослав очередной снаряд, краем глаза увидел бегущих ко мне комбата и командира огневого взвода лейтенанта Красноносова. Полегчало. Опять бью по вражеским машинам, опять они полыхают, как факелы. Но тут тяжело ранило Павла Ажиппо и контузило Володю Красноносова. Я выхватил из рук комбата снаряд, щёлкнул орудийным замком и прильнул глазом к панораме. И ещё один зверь уткнулся рылом в землю. Новый бросок за снарядом и новый выстрел. Последний, восьмой посчёту, танк подошёл ко мне на 60-70 метров. Медлить было нельзя. Я грубо навёл ствол пушки ему в лоб. Снаряд выбил только сноп искр. Лобовая броня «Тигра», где-то около двадцати сантиметров, была ему «не по зубам». Всё же что-то в нём, видимо, разладилось. Он остановился, как вкопанный, успев ответным выстрелом разбить мою последнюю защиту.Мне повезло. За нашей схваткой следил со своего НП (наблюдательного пункта) командир корпуса генерал Алексей Попов. Он-то и приказал начальнику политотдела моей бригады майору Ивану Щукину вытащить меня из-под огня.В этом бою батарея, как говорится, легла костьми. Но свою задачу мои побратимы выполнили, продержавшись всего-то минут 10 (да я ещё около того) и уничтожив 16 вражеских машин на неизвестном пока Прохоровском поле. Семь из них (а я всегда говорю – семь с половиной) укрощены мною. Только трём удалось отойти целыми.Дней через десять я сбежал из госпиталя. Ближе к вечеру разыскал свою бригаду. Тогда-то и узнал, что меня представили к званию героя Советского Союза. Это было неожиданно. Конечно, в правительственной награде не сомневался»(Михаил Борисов: биографическая фотолетопись. М.: Фонд «Народная память», 2008. С. 37-38).Сбежав из госпиталя, онпродолжал воевать. Участвовал в освобождении Киева, Праги, Варшавы, форсировал Одер, штурмовал Берлин.На Рейхстаге сержант Борисов оставил надпись: «Я – из Сибири. МихаилБорисов».После войны жил в Новокузнецке. Здесь, на Кузнецкой земле проснулся поэтический талант. Начал писать стихи, публиковаться в газете «Кузнецкий рабочий». Ведущей темой в творчестве Михаила Борисова стала тема войны. В 1965 вышла первая книга стихов Борисова «Верность».Шестьдесят лет своей жизни Михаил Федорович Борисов посвятил военно- патриотическому воспитанию молодежи. Но главным делом его жизни всегда оставалась литература. Стихи ветерана войны публиковались почти во всех центральных газетах и журналах, а также в Болгарии, Венгрии и Польше.Он автор более 30-ти сборников стихов.Михаил Федорович Борисов - лауреат премии им. А. Фадеева и К. Симонова, член Союза писателей России, действительный член Международной академии духовного единства народов мира. Боевые и трудовые подвиги М. Ф. Борисова отмечены многими государственными наградами.Михаил Федорович Борисов ушел из жизни 9 марта 2010 года, похоронен он в Москве на Троекуровском кладбище.Незадолго до своего ухода поэт-фронтовик Михаил Борисов прислал в Кемеровскую областную научную библиотеку им. Василия Фёдорова свою последнюю прижизненную книгу стихов «Присяга на верность» (2008).

Герой Советского Союза—высшая степень отличия в СССР, которой удостаивали за совершение подвига или выдающихся заслуг во время боевых действий, а также и в мирное время.Орден «За заслуги перед Отечеством» – государственная награда Российской Федерации.Орден Ленина— высшая государственная награда Союза Советских Социалистических Республик, учреждённая в1930 года.Орден Отечественной войны— орден Союза ССР, учреждённый в 1942годаОрден Красной Звездыучреждён в 1930г.

***Вы к нам не придёте,Потому что мы к вам пришли. Надпись, сделанная в мае 1945 года на одной из колонн рейхстагаПоследние метры – последняя ярость.пехота встаёт,подавляя размахом.Знамённого шёлка весёлая злостьУже заиграла над павшим рейхстагом.«Вы к нам не придёте…» – писали ребятаНа чёрной разбитой скуле цитадели,А сами,хотя и настала расплата,Себя усмирить ни за что не хотели.А сами острей, чем в лихую минуту,Недобрые вёрсты свои вспоминалиИ, словно врачуя душевную смуту,До блеска не раз начищали медали.И хоромв притихшем надолго БерлинеО самом заветном с надеждою пели…Для них, победивших, горит и понынеТа фраза на чёрной скуле цитадели.(«Присяга на верность»)***Мы опять негаданноВзгрустнули,Оттого,Что в юности своейВ журавлиных кликах не тонулиПосредиОткошенных полей.Не мечталиВ сумерках зелёныхС девушкой любимойУ окна.…После школыВ первых эшелонахНас уже калечилаВойна.Но под свистыВражеской шрапнели,Умирая,Мучаясь,Спеша,О себеМы думать не умели,СложнаяСолдатская душа!И хотя бываемСуховаты, –ПамятьюДа болью налиты, –Мы с тобойПо-прежнему солдатыНа переднем краеДоброты.А за грустьСолдата не осудят…Мы не знали юностиСвоей,Чтобы большеНе грустили людиО далёкихКликах журавлей.(«Верность»)***Никогда не скинуть нас со счёта,Не забыть – и броских, и усталых.С сорок трижды памятного годаМы уже стоимНа пьедесталах.Мы не просто «винтики в машине»,Коль смоглиНе только по приказуПроложить к сегодняшней вершинеТочнуюИ правильную трассу.Было в нашем подвиге солдатскомВнутреннее, Личное веленьеИ - на Курском,И - на Сталинградском,И - на каждом новом направленье!(«Эхо на рассвете»)***Сорок третий горечью полыннойНа меня пахнул издалека –Чёрною,Обугленной равнинойВидится мне Курская дуга.«Тигры» прут, по-дикому упрямы,Но со мною в этот самый мигПрямо к окуляру панорамыЦелый полк, наверное, приник.Громыхнуло сразу на полсвета.Танки, словно факелы, горят…И живёт в душе моей всё это,Несмотря на вьюжный снегопад!Те бои – как мера нашей силы,Потому она и дорога,Насмерть прикипевшая к РоссииКурская великая дуга…(«Эхо на рассвете» )***Заглох весёлый зов трубыВ разгуле лет лихих,Гнедые встали на дыбыИ бег размерный стих.Лютует люд моей страны,Грешит и так, и сяк…Но нас, что юности верны,Не купишь за пятак.Чту всех,С кем был в одном строю,Но больше тех из них,Кто ставил Родину своюПревыше благ земных.(«Присяга на верность»)***Раскрылать мне, ветер, плащ-палаткуИ, отправив в дальний-дальний путь,Не забудь,Что я под ПятихаткуТридцать лет стремился завернуть.Тридцать лет… А будто бы всё было,Всё случилось только лишь вчера.…Мины землю рубят, как зубилом,Как кувалдой, лупят «мессера».Вот из мглы вперёд рванулись танки,Вот они надвинулись уже…Скоро их пятнистые останкиЗадымят на этом рубеже.Мы стоим на выбитой опушкеСредь нагих, израненных корней.Весь заслон – четыре полковушкиС горсточкой безусых пушкарей.Тут с судьбою просто породниться,Встречный марш играя на басах.И ребят обветренные лицаКаменеют прямо на глазах.Пусть земля и кажется им шаткой,Но стальной откатывает вал,Словно наш заслон под ПятихаткойГлыбою базальтовую стал.Мне сюда пробиться бы сквозь годы,Побывать на старой огневой,И мои житейские невзгоды,Как тогда, пройдут над головой…(«Эхо на рассвете») ***Память с нами не играет в прятки,Не уходит вдальНа вираже.…Слышу, как гремят сорокапяткиНа зажатом в клещи рубеже.Мы их называли «Смерть расчёту!»,Называли «Родина, прощай!»,Прикрывая матушку пехоту,Сами выживали невзначай.Среднею излучиною ДонаВ корчах плыл подбитый небосвод,Из артиллерийского заслонаУцелел под вечер только взвод.Степь вокруг снарядами прошита,Светится насквозь,Что решето.Даже мой наводчик ПодкорытовНе сказал, как раньше:– Прожитó!У него – две беленькие прядки,У меня – застывший в крике рот…Двое нас на две сорокапятки.Он и я – весь уцелевший взвод.(«Земные высоты»)***Судьба меня забросила в Москву…А я живу как будто на отшибе,И по ночам, тоскуя о Запсибе,О нём, родимом, грежу наяву.Умел в те дни трубить я допозднаИ не имел спокойного причала,Но, как-никак, тогда меня встречалаУ проходной заветная весна.Хлестал ли дождь,Взрывалась ли гроза,Я лишь светлел и обновлялся вроде,Когда она, смеясь, при всём народеЗаглядывала ласково в глаза.Потом судьба забросила в Москву,Навек в плену оставив у Запсиба…Спасибо ей. Судьбе моей спасибоЗа эту животворную тоску.(«Земные высоты»)О ШУКШИНЕ НЕ ПРОСТО ГОВОРИТЬИ облака плывут над головой,И небо обнимается с Пикетом,А мне опятьНа круче вековойНедужить наступающим рассветом.В настроенной сторожко тишинеДуша горит,Корёжась как берёста.Непросто говорить о Шукшине,Живое слово подобрать непросто.Всё это происходит оттого,Что сам бывалРаним слепым зарядом,Что бунтари и «чудики» егоПо всей земле со мною жили рядом.Ещё держу связующую нить,Но и о спуске думаю отлогом.О Шукшине непросто говорить,О нём бы петьИ петь высоким слогом!(«Не просто говорить о Шукшине», 1989)СТРОКА, ОБОРВАННАЯ ПУЛЕЙ... Памяти В. СтрельченкоНе голова – пчелиный улей,А вздох как стон издалека:Строка, оборванная пулей, –Не полновесная строка...Но, истекающая кровью,Она до боли дорога,В ней пепелища Подмосковья,Огнем крещенные снега.И на нее, на вскрик поэта,Пророка горестной земли,В тот миг крылатая ПобедаУже откликнулась вдали.* * *На фронте мы не думали о нервах –Война кроила землю под погост,А из траншей бойцы в шинелях серых,Бывало, поднимались в полный рост.Он так и всталОднажды в сорок первом,Мой командир, почти ровесник мой,И поднял роту собственным примеромВ последний и решительный наш бой.Мой лейтенант, я видел краем глаза,Как ты взлетел над бруствером:– Вперед!И показалось – перед нами сразуРаздался вширь поникший небосвод.Такой рывок губителен, во-первых,Он, во-вторых, не легок и не прост...Но за тобойИ мы в шинелях серыхУже надежно встали во весь рост.В те дни судьба не каждому светила.Мой командир, тебе того рывкаВсего на шаг единственный хватило.Всего на шаг... в грядущие века.* * *Я возвращаюсь всякий раз туда –В окопный быт,В обугленные дали,Где мы не так уж много и познали,Но без чего не вышли бы сюда.Тогда ни ночи не было,Ни дня,Тогда земля и небо цепенели,И мы нередко различали целиВ пределах только сектора огня.Без выси, широты и глубиныКазался мир в винтовочную прорезь.Он и сейчас спрессован,Словно совестьМальчишек, не вернувшихся в войны.У ДОНЦАПромчаться бы по утренней росеК ДонцуБок о бок с юностью отважной.Там падали ребята в рукопашнойНа узенькой прибрежной полосе.Сегодня у заросшей огневойС трудом я вспоминаю штыковую,А сам ее душой и телом чую,Склоняясь над цветущею травой.ТУМАН НАД ВОЛГОЙСтою, застыв, над берегом крутым,Туман вдоль Волги стелется,Как дым,А сквозь него густые зеленяДа синь речная смотрят на меня.Родимый край давно уже не строг,Но в нем начало памятных дорог.Здесь и теперь, до горечи остры,Дымят мои солдатские костры,Туман и тот здесь стелется,Как дым...Глотнув его парнишкой молодым,Остался я пожизненно им сыт,Он только вслух едва не голосит.И вот стою на зябком берегу,Стою, как будто согнутый в дугу,А сквозь туман густые зеленяДа синь речная смотрят на меня...* * *Всей округе надо жить в ладу,Только нет его под небесами.Чтя закон, мы каемся, а самиТем лишь тешим жадную орду.Говорим про соль земли родной,Про ее величие и славу,Видим же нахлебников оравуЗа своей натруженной спиной.Хватит городить нам городьбу,Русичи - мы пасынки России.Морем слез мы с вами оросилиНекогда высокою судьбу.И пока не списаны в запас,И пока на службе у державы,Охранить ее бы от потравы,Уберечь от ненасытных глаз...РАССВЕТ ПОД СМОЛЕНСКОМСтарый берег Днепра от шоссе недалечеПриподнялся,Привстал, как чумак молодой,Развернув во всю ширь угловатые плечиНад шумящей внизу неуемной водой.А на той стороне,Где сплошные покосыДо сих пор первородной дремоты полны,Расчесала заря порыжевшие косыГребешком набежавшей от стрежня волны.Перед ней и стрижи свой урок отлеталиИ мотив отыграл:– Не-ог-ля-ден прос-тор!И теперь наяву заплясал в красноталеЗолотой, шебутной, развеселый костер.Рядом ахнула ель, как на наледи полоз,Подыграло шоссе резким всхлипом оси...У землиНутряной прорезается голосИ плывет и плывет по исконной Руси.* * *Не судачьте всуе, дорогие,Обо мне хотя б средь бела дня.Это ничего, что ностальгияОдолела все-таки меня.Показалось небушко с овчинку,Придавил огрузший небосвод.Но уже давно мне не в новинкуДней таких бесцельный перевод,Ведомо и действенное средство,Как запеть, подобно соловью,Как вернуть утраченное детство,Пору беззаботную свою.Соберусь и как-нибудь под вечерЧерез все «никак» и «не могу»Сизой чайкой вынесусь в заречье,Приземлюсь на старом берегу.Снова там почувствую приволье,Снова там увижу белый свет,Будто сброшу в рощу или полеГруз своих совсем не малых лет.Пробегу по клеверному свеюИ, забыв про сотни передряг,Всю тоску ко всем чертям развеюНа семи живительных ветрах.* * *В октябрь врезая крылья плотно,Заполоняя все вокруг,Летят повзводноИ поротноРодныеЛебедиНа юг.Летят над стынью повиликиКрылом к крылу средь бела дня,И их приветственные кликиВ свой четкий стройЗовут меня.А тут –Заречные просторы,Тальник на пойменном лугуИ те березки, без которыхСебя представить не могу!Мне по-сыновьи, на пределе,Еще любитьИ славить Русь...Летите ж, други, как летели.Я остаюсь.ПРИГЛАШЕНИЕ К РАЗГОВОРУДавайте вслух поговорим о лжи,Давайте все по-строгому обсудимИ здравый смыслВ самих себе разбудимДержавным откровением души.Бывает, ложь считают за дурман.Не видя в ней враждебного начала.Об этом мне Заобье прокричалоИ прохрипел под Внуково туман.Он прохрипел,Что наша, мол, беда,Когда чернят высокие порывы.Когда, подчас, обычный ропот ивыЗа верность выдается без стыда.Такая ложь убойна, как жакан,Как времени недобрая примета,0на легко на все четыре светаРазгульный направляет ураган.Не каждый в этой буче устоит,Не каждый,Словно фразой наговорной,Укроет душу от потравы чернойИ суть её живою сохранит.Давайте вслух поговорим о лжиИ, доброту на искренность помножив,Дурные чувства миром переможем,Высокие удержим рубежи.НА ПЕРЕПУТЬЕНас много таких, кто застрял на путиВ глубокой тоске о величии прошлом,Кто, пережив все до смятенья в груди,Не стал отщепенцем, глумливым и пошлым.Товарный вагон, наш сегодняшний дом,Летит неизвестно во время какое,И лишь перелески за смутным окномБез горестных слов выбирают былое.А нам всю дорогу призывно заряМорзит и морзит то светло, то багрово.Мы те, кто лишен был державного крова,Кто даже на завтра надеялся зря.* * *За окошком вагонным березовый лесИ сирени разлив вдоль дороги,А поля, где хозяин вчерашний воскрес,Как и встарь, по-сиротски убоги.Посмотрю я на них, и сильней защемитУ, меня под ключицею левой.Почему ты, земля, наш достаток и щит,Оказалась такой запустелой?Холодеет в груди:– Хлеб всему голова,А не море цветущей сирениИ не сорная эта, в колючках, трава,Что треножит и вешние звени...За окошком вагонным духмяный разлив,За окошком сиротское поле,А душе подавай ширь ухоженных нив,Золотых, дорогих ей до боли.* * *Становится все уже окоем,И лес все больше оголяет крышу -Сегодня ту,Что куковала в нем,Признаться, я не вижу и не слышу.Но дух лесной, летя наискосок,Доносит звук,Хоть он довольно тонок:То собственный, знать, подал голосокКакой-то незнакомый кукушонок.У всех из нас, живущих, свой удел,У всех одно свое предназначенье.Как много лет на груде спешных делМеня несло житейское теченье!И лишь теперь, по свету откружив,Впервой осенней захлебнусь истомойИ вспомню все,Чем в жизни этой жил,И дотяну до заводи искомой,И там проверю, что за городьбуСмогу создать взамен зеленой крыши...Кукушкин сын, не лезь в мою судьбу,Она, варнак, начертана мне свыше.

БуравлёвЕвгений Сергеевич(1921 - 1974) -поэт, прозаик, драматург

Биография

Награды

Стихи из фронтовой тетради

Работа: стихи и поэмы /сборник.

Родился 27 сентября 1921 года в селе Гридино Спас-Деменского района Калужской области в семье строителей-железнодорожников. Вместе с родителями побывал на многих новостройках страны. Школу окончил на станции Промышленная в Кузбассе, затем авиационно-техническое училище в Иркутске.Всю войну, с первого до последнего дня, Буравлёв находился в действующей армии - сначала служил в военно-воздушных силах, потом за буйный нрав попал в штрафной батальон.Штрафные части — формирования действующей армии вооружённых сил, куда в военное время в качестве наказания направлялись «штрафники» — военнослужащие, совершившие преступления и осуждённые приговором военного трибунала с применением отсрочки исполнения приговора до окончания войны.Был трижды ранен, награжден Орденом Красной звезды и медалями.В июне 1945 г. в составе сводного батальона 3-го Белорусского фронта Е. С. Буравлёв участвовал в Параде Победы в г. Москва.Известный кузбасский поэт Евгений Сергеевич Буравлев, как и многие, солдатом стал по необходимости, в душе же всегда был строителем, созидателем. После войны работал в полярной авиации, потом на строительстве железной дороги Салехард-Игарка.Строящиеся дороги в начале 50-х привели Буравлева в Кузбасс, в молодой город Междуреченск, он стал работать на строительстве железной дороги Новокузнецк – Абакан. Наш край заинтересовал будущего поэта. Сибири и Кузбассу посвящены почти все его стихи, это явный случай, когда биография становится частью истории страны.Военной темы поэт касался крайне редко. Некоторым поэтам-фронтовикам память о войне, наверное, мешала о ней писать. *** "Я не пишу о войне: Трудно писать о войне. А уж кому, как не мне, Строчку не бросить на круг? Летчику и стрелку, Саперу и штрафнику, Взводному в энском полку Есть что сказать, мой друг".В 1961 году Евгений Буравлев заочно окончил Литературный институт имени А.М. Горького и тогда же был принят в Союз писателей СССР.В 1962 создано Кемеровское отделение Союза писателей РСФСР и Буравлев был избран ответственным секретарём только что родившейся Кемеровской писательской организации, которую возглавлял до 1971 года.Евгений Сергеевич прожил на земле всего 53 года, его жизнь оборвалась в 5 сентября 1974 года. Он многого не успел…В его архиве остались сотни страниц с записями. Документальные материалы поэта были переданы в госархив его женой. Среди них уникальная рукопись – своего рода фронтовая тетрадь, в которой собраны ранние стихи поэта за период 1942–1949 гг.Он начал записывать в тетрадь свои первые стихотворные опыты, находясь на излечении в госпитале в Магнитогорске в январе 1942 г.В последние годы поэт жил и работал в Кемерове в доме №39 по Советскому проспекту. В память об этом талантливом человеке – патриоте, солдате, поэте, на доме, где жил Евгений Сергеевич Буравлев, установлена мемориальная доска.Сборники произведений:Кладоискатели : стихи, поэма.Ночная смена: стихи.Работа: стихи и поэмы.Родник у дороги : стихи.Узнаю тебя, друг: стихиШестая гряда: стихи, поэмы.

Орден Красной Звезды учреждён в 1930 г.

МАТЬТы о сыне близком, но далёкомВечными тревогами полна:Может, он погиб в бою жестоком,Может, ранен, кровью истекаяТы сидишь по вечерам одна,Весточку от сына ожидая.И пришла, но с чёрною каёмкой:Сын погиб геройски за народИ бумажку роковую скомкав,Дав слезам невыплаканным волю,Мать убийцам сына смерть зовётЗа свою несча̀стливую долю.Кто не знает горечь материнских слёз,Кто любви сердечной не поймёт…Сын в душе стране победу нёс.И расплата, поздно или рано,Горе безутешное уймётИ залечит в твоём сердце раны.1942 г.МЕСТЬПока в руках горячий автомат,Пока в обойме есть ещё патроны,Пока родные города горятИ гое мучает до скрежета, до стона –Нам не уйти с кровавого пути,Где месть срослась с калёными углями!Нам не уйти, назад не возвративИ каждый дом, и придорожный камень!И если я, пронизанный свинцом,Уйду, забытый в горе человечьем, -Я встану призраком перед твоим лицом,Возложив месть свою тебе на плечи,Чтоб сердце жёг расплавлены металл,Чтоб искра мести разгорелась в пламя,Чтоб нёс и нёс её, пока не отквиталЗа каждый дом и придорожный камень… 1942 г.БОЕВОЙ ДЕНЬРёвом моторов ночь прогнав,Пилоты садятся в кабины.Ночь не имеет теперь правБыть бесконечно длинной.Каждый час у дня вырывая,Восемь, десять полётовДелает боеваяЭскадрилья пилотов.Надо успеть исковеркать мосты,Разгромить эшелоны длинные,Чтобы дороги были пусты,Чтобы снова по ним не двинулиВереницы бандитских ордБитым на подкрепление.Надо листовок особый сортСбросить над поселением.Надо успеть проводить на бомбежкуКорабли тяжёлые с бомбами,Чтобы они потрепали «немножко»Склады, схожие с катакомбами,Заводы, штампующие машины,Станции железнодорожные…Короче – имеют они причины,Чтоб возвращаться порожними.Надо успеть в воздушных бояхЧёрных стервятников припугнуть;Жаждущих крови ассов-воякСбить половину, других повернуть.И всё-таки день коротким кажется.Будь он двойным – пилот не устанет(Слова: истребитель и усталь не вяжутся).Бить врагов, пока их не станет.1942 г.ПОБЕДИТЬ!В этом слове народная воля.Сталевар с этим словом на вахту встаёт,Трактористка в груди это слово несёт,Выезжая в колхозное поле.С этим словом бойцы рядовыеИ седой командир, партизанский отряд,Не жалея ни крови, ни жизни, творятДля отчизны дела боевые.Победить! И не будет другого.Победить! И вперед, но ни шагу назад.Победить! Потому что сегодня сказалСталин это зовущее слово.1942г.СЕСТРЕПочему я полюбил –До сих пор не знаю.И теперь никто не мил,Только ты, родная.За твою ли простоту,Иль за взмах ресницы,За улыбку ли на лету?Нет, за всё, «сестрица».На Урале ты живёшь –Я под Ленинградом.Всё равно в бою идёшьТы со мною рядом.1942г.КОЛЮЧАЯ ЁЛКАНовый год для нас новее,Если мы идём вперед,Если вновь у нас трофеи…Но для немцев – старый год.И не даром ходят толки,И не даром говорят,Что у немцев вместо ёлкиБудет нынче Сталинград.И какие там порядки:Сотни танков, батарей, -Всё легло под Сталинградом,Всё пошло за счёт трофей.Вместо свечек – самолёты,Словно факелы, горятВсе валяются без счета,не добравшись в Сталинград.Словно снег вокруг размётанЩедрой русскою рукой:Автоматы, миномёты,И винтовки, и штыки.Вместо мятой канители –Пленных тысяча солдат.Воевать не захотели –Проучил их Сталинград.И куда ни кинешь взглядом –Увеличивая счёт,Крепко спят под СталинградомБитых немцев хоровод.Неприступны, словно кручи,Стены города стоят.Видно, слишком уж колючийГород славы Сталинград.Новый год ля нас новее –наша армия идётИ на запад, и южнее…Но для немцев – старый год.1943 г.ИСТОРИЯ СТИХОВЯ не ищу ни славы, ни награды,Ни для известности большого друга.Я счастлив так, с простонародьем рядом, -Быть рядом с ним – высокая заслуга.Мой стих рождала горечь неудачиИ радость, взятая в бою штыком,И боль других, когда ребёнок плачетНад трупом матери, замученной врагом.Я не сидел, чтоб выбрать в мыслях строгих,Не гроз пера – они являлись сами,Когда забыли что такое ноги,Когда стояла смерть перед глазами.Когда ползли к дымящим смертью дотам,Хватали снег горячими губами…И я пишу не будущего ради,Не для себя и лавровых венков,А чтобы каждый мог, на эти строчки глядя,Узнать историю моих стихов.1943 г.ЕЩЁ ОДИН ГОДСвой двадцать третий встретил яНе так, чтоб очень плохо –Хоть и не в шумном блеске дня,Не без печальных вздохов. В тот день стакан мой поднят былС вином, дополненный слезой.Его до дна я осушилОдин, забытый и чужойДля всех. В кругу своей мечты,прослушав собственный свой стих,Без шума, громкой суеты,Не приняв и не бросив кличК веселью, радости и смеху,У ёлки не деля потехуДрузей и шуток маскарада,Как то бывает на балах.И мне, по совести, не надоМенять покой свой на размах.Портрет поставив пред собойТой, что в душе моей живёт,Один, забытый и чужойДля всех, Я встретил Новый год.1944 г.ПОСЛЕДНЕЕНу вот и всё – и я прошёл свой путь.Нет больше маяты – одна только усталость.Но мыслей рой как можно оттолкнуть –Их столько в голове оборванных осталось!О прошлом стоит ли так горестно жалеть –Я не живой, я никому не нужен.Я сам виновен, но позора бредьМне жаром совести сознанье снова кружит.Неужто люди тыловых отсековНе захотят увидеть больше, нет,Что в образе простого человекаЖивёт солдат, конструктор и поэт.Неужто трудно так со мной поговорить,Вернуть мне жизнь, любовь, мои желанья,Неужто не увижу я зариИ в эту ночь уснёт моё сознанье?..Не так я собирался умирать.Хотел на Запад, там, где моё место,Чтоб, как у всех, гордилась мною мать,Чтоб, как у всех, ждала меня невеста.Чтоб кровью смытая моей вина мояУшла как сон, как выдумка, как небыль,Чтоб мне вернулось собственное я,Любовь моя, привычный воздух, небо…Но мне пора – нет больше маяты.Обида в горле комом да усталость.Со смертью я давным-давно на ты,Теперь нам породниться лишь осталось.1943ПОДСНЕЖНИКНа краю воронки от разрыва бомбыУтром я подснежник голубой сорвал.Мне бы его бросить, позабыть о нем бы –Но о чем-то близком он напоминал.Положил его я в воду у пневматика.– Береги, – механику своему сказал. –Дам после полетов любопытным: Нате-ка,Вот какого цвета милые глаза.1942 г.ЛЮБИМЫЙ ГОРОДМы вечером за чаем в офицерском клубеРазоткровенничались в дружеской беседе:Кому что по душе, какой кто город любитИ кто после войны куда поедет.Сначала – тихая беседа разгоралась.Там киевлянин спорит с москвичом,Здесь ереванский юноша, казалось,Со мной не соглашался ни о чём.Нас, к счастью, четверо сошлось сибиряков.Упрямству нашему другие подивились, –Ведь земляки-то испокон вековВдали от родины родными становились.Хотя, признаться, нам не меньше дорогБыл Киев. Когда шли его бомбить,Мы вспоминали свой любимый город –Новосибирск на голубой Оби.(А я тем более. Не помню тот полёт,Когда бы я с волнением не вспомнилРодную сибирячку, что живётНа Енисейской улице знакомой).От этого и бомба в цель точнееЛожилась, смерть неся немецким тварям.Казалось, что, взрываясь вместе с нею,Волною страшной ненависть ударит.И с киевлянином мы радовались вместе,Когда был Киев штурмом отвоеван.Ещё у вас не слышали известий,А он по городу ходил родному снова…Но время к полночи, пора и расходиться.Так лучший город и не узнаём.Лишь возбужденные подсказывают лица,Что каждый остаётся при своём.Мы шли к землянкам; громким разговоромБудили звёзды, дремлющие в небе:Кому что по душе, какой кто любит городИ кто после войны куда поедет…А к утру отдохнём и ранним часов сноваУйдем на Запад, немцев добивать,Чтобы на скверах города родного,На улицах знакомых побывать.1944 г.ПОБЕДНЫЙ ТОСТСегодня выбито из рук моих оружье.Впервые я остался не у дел.Я в общем ликовании не нуженИ скорбь изгнанника – последний мой удел.Ликуют все, кто честно заслужилСолдат и тружеников дорогую славу.Молчат лишь те, кто голову сложил,И тот, кто выгнан, кто без сил и права.Но те, кто подлостью своей добились чести,Зачем они победы радость делят,Зачем бокалы с вами выпьют вместе,Коль смерти перед тем в глаза не поглядели?1944 г.ВОСПОМИНАНИЕ(для Яи)Я собирался много разСтихи списать тебе с газеты.Но кроме общих, битых фраз,Как «жди меня», теперь поэтыПисать не стали. И когда-тоОни перо и мысль отточат.Черкну-ка сам я пару строчек,Пусть и не складен стих солдата.1943 г.В САНБАТЕВсю ночь кружился снег мохнатый.По крыше ветер лешим топал.Под окнами убогой хатыСкрипел и жаловался тополь.Свеча, единственная в доме,В узорах искрилась оконных.Метались раненые в стонахВ полузабытье на соломе.Несносной болью ныло тело.Лицо горело. Жарко. Душно.Я звал кого-то, пить хотелось –И ты пришла ко мне послушно.Солому выбрав из волос,Ты осторожно их ласкала.Ко мне горячая упалаНа щёку капля твоих слёз…И жарких губ прикосновенье,Их трепет нежный и тревожный –Мне принесли успокоенье…… Я приподнялся осторожно,О чём-то долго говорилПростыми добрыми словамиИ непослушными губамиЛюбимую благодарил…Но боль щемящая в груди…Как душно… Красный снег кружится…Куда же ты?.. Не уходи…Едва сумел поднять ресницы:склонившись низко надо мною,Не засыпала до утраЧужая девушка-сестра.Стакан с холодною водоюПлескался в ласковых руках.На взгляд тревожный ей ответив,Я улыбнулся кое-как…Свеча шаталась в тусклом свете…По крыше ветер лешим топал,Скрипел и жаловался тополь,И снег пушистый падал, падал…А ты всю ночь сидела рядом.1944 г.Е. Д-му. О чём молчишь мой друг, поэт?Давно ли именем твоим пестрелиСтраницы и журналов, и газет,Стихи твои читали и терпели.О чём же ты теперь молчишь, мой друг, поэт?О битвах ли суровых, о великих днях,О подвигах солдат, о боевых друзьях,Которых в день победы рядом нет?О том, что жизнь не умерла – живаИ счастьем будущего манит за собою?О том, как ветер сорится с волноюИ с белых гребешков срывает кружева?Или о том, как по утрам росаСлезинками на солнышке искрится;Как радостно рассвет встречают птицы,В чарующую песнь вплетая голоса?..О том ли, что цветами воздух напоен?О радости людской ли, о печали?О парке, может быть, где с давнишних временВлюбленные свиданья назначали?..А может, о затерянной могиле,Что в поле где-то поросла травой,Где на дощечке не прочесть уже фамилии,И только сердцем чувствуешь – родной?Или о том, как новое встаетИз пепелищ и руин смертям наперекор,Как мчится паровоз, и праздничен, и скор,И первый эшелон солдат домой везёт?Так что же ты молчишь, когда кругом кипит всё,Когда хорошей песне быть, - стихам?Но бедной музе негде приютиться,И голодающий читатель пишет сам.1945 г.ПОБЕДА !Друзья, нет слов, чтоб радость передать.Победа! Долгожданная победа!Спешите же патроны расстрелять,Последние – трассирующие – в небо!В дыханье ветра, в зелени листвы,В песке скрипучем, в рокоте прибоя,В весеннем небе – чувствуете вы? –Она как песнь и как вино хмельное.И хочется забыть про кровь и про войну.Друзья, поднимем кружки мы вначалеЗа славу Родины, победу, за весну,Которую в боях не замечали.Теперь за тех, кто здесь навек осталсяИ никогда не возвратится в дом, -Пусть слёзы горечи смешаются с вином.Родные, вот она, победа за окном!Давайте гимн, отчизны гимн споем,Чтоб до нее он эхом расплескался!1945 г.А. С-кой[так в документе]Вы давно в моем воображении.Я искал Вас в холодах Сибири,В Польше, Бессарабии. СтремлениеТрудное – одна Вы в мире.Я искал Вас по степям Украины.Я не знал, что встретимся нежданно.И случилось так – больной и раненый,Повстречал свой идеал желанный.И ему отдался целиком.И труды моих благих исканийУвенчались лавровым венком,Наградив томленье ожиданий.И теперь, когда Ваш силуэтВижу я, не грезя, пред собою,Я скажу:– Как счастлив ты, поэт,Вместе с путеводною звездою.1942 г.МУЖЕСТВОО мужестве много сказано слов –Я видел его в лицо.Его палачи привели к нам в село,В железное взяв кольцо.Его должны были сжечь на костреНа страх небольшому селению,Еще в семнадцатом, на заре,Нареченному именем «Ленино».На окнах домов, на церковном крестеМетались блики костров.Во всей первозданной своей красотеШло оно мимо дворов.Как до предела выгнутый лук,Готовый метнуть стрелу,С болью заломленных за спину рукШло оно по селу.Рубашка, сорванная с плеча,Русая прядь у виска,Груди, не знавшие молока,Взрезанные штыком палача.А в отрешенных его глазах,Полыхающих, как смольё,Были не слезы, не боль и не страх –Вера в бессмертье своё…И снег был в ту ночь удивительно ал,Как струйки в углах сжатых губ.И кто из нас мысленно не целовалСледы босых ног на снегу…Но вот оно вышло на красный круг,Смерти переступая черту,И первым желаньем развязанных рукБыло – прикрыть наготу.И все, когда узел рассек за спинойНож палача, остёр,Увидели: девушкой самой земнойМужество шло на костёр,Той, что осталась чиста и горда,Слепой непокорна силе…И нам, обреченным, казалось тогда,Что это сама Россия;Казалось, Россия пылала в костре,Не вставшая на колени,Россия, которую на зареНазвал свободною Ленин.РАЗДУМЬЕСестра, прошу тебя, присядь у изголовья –С тобой раздумьем поделюсь своим,Как ты со мною поделилась кровью.Нам будет веселей двоим.Ты понимаешь, как это обидно,Когда бессилен я с постели встать,Когда конца лечению не видно,И впереди одно и то ж опять.Порой мне кажется – я выздоровел снова,И снова крепок, как гранита твердь.И то, что прежде было страшным словом,Теперь без страха называю – смерть.И снова хочется сжимать в руках оружье,Разить врага за слезы матерейИ гордо чувствовать, что ты отчизне нужен,И что стоишь в строю богатырей.И что идешь упорством и смекалкой,И силой гнева, и огнем любвиВперед!И знать: что прежде было жалко –Теперь без сожаленья раздави.И так дави, чтобы, вздохнув свободно,Прогнав морщины горечи со лба,Увидел, что бандит международныйРаспластан у позорного столба!Сестра, прошу тебя, присядь у изголовья –С тобой раздумьем поделюсь своим,Как ты со мною поделилась кровью.Нам будет веселей двоим…1943 г.РАЗГОВОР С МАЙОРОМПристаю я к майору: – Пошлите меняПоскорее на фронт в третий раз.– Что торопитесь так? Или в буре огняОжидает любимая вас?– Да, любимая ждет. Только здесь, далекоОт разрывов снарядов и мин.Я готов, чтобы снова дышалось легко,С целым миром сразиться один.Вы же знаете: встретить подругу скорейЯ смогу, победив. В бой иду –Я решил: или с жизнью расстаться своей,Или встретиться в этом году.1942 г.В. ХАРЬКОВУЯ не забуду никогда,Как вместе время проводили,Как мы с тобою без трудаВ палатах вместе дни прожили.Но мне пора, скорей, скорейНа Запад огненнодышащий –За счастье родины своейЯ снова ринусь в бой, гремящийПо всей планете. Я в боюНе пожалею кровь свою.1942 г.ВСТРЕЧАДиском винта воздух хватая,С ревом стальная птицаКраснокрылая в бой взлетает,Врагу навстречу мчится,Что в облаке точкой тает.Враг заметил трусливым взоромГрозную силу – прячется.Он не будет хозяин просторам,В бою не станет артачиться –Лучше сбежит в облака с позором.Только зря – красная птицаИмеет с тобою счеты.Священный огонь мести искритсяВ глазах ее пилота –Надо ему с тобой расплатиться:За зверства твоих шакальих налетовНа мирную жизнь сел, городков;За то, что расстреливал из пулеметовЖенщин, детей и седых стариков,«Железный крест», как герой, заработав.Что же теперь твой «Мессершмитт»Потерял былое бесстрашие?Или смерть на тебя глядитСо звезд, на крыльях накрашенных?Напрасно твой «Мессершмитт» виражит –Красный пилот его прошилПунктиром огненной трассы.В горле едкий дым запершилЗапахом «высшей расы».Взрыв бензобаков бой довершил.1942 г.МАРКУ ШАПИРОКогда-нибудь прочтешь ты эти строки.Ты вспомнишь, может быть: когда-тоЛечебные мы вместе отбывали срокиИ вместе коротали жизнь солдата.Теперь на фронт. И снова грудь под пулиПодставлю я для счастия других.Да и пора – мы славно «отдохнули»Под сению Гермесова слуги.1942 г.НЕВА– Стой, – сказал лейтенант. – ПосмотриНа спокойные воды Невы.Сколь столетий тебя стереглиОт набегов врага. Ну, а вы?Вы хотели ее осквернить –Память старой Петровской РусиИ Октябрьских дней… Нет, не питьВам воды из Невы… Не проси,Не проси на коленях меня.Не дрожи, или шкуру своюБережешь? Ты ж ее променялНа грабеж в чужеземном краю.Ну да ладно – ведь ты не поймешь.Посмотри еще раз на Неву:Нервной ряби во сне не найдешь,Не увидишь ее наяву.Только гневной, могучей волнойБьет в крутые свои берега –Знает, старая, край свой роднойОтстоим, уничтожив врага.Подвели офицера ко рву,Расстреляли. И молвил комвзвод:– Посмотрел Ленинград и Неву,Как хотел, начиная поход.Не завидую, право, я вам.Зря вас страсть воровская влечет…И по-прежнему бьет к берегамВолны гнева святая Нева.В этом гневе, я слышу, течетПеснь моя и народа молва.1942 г.Я МСТИТЬ ВЕРНУСЬОшиблась смерть, объятья зря раскрыла.Пусть правда, что рука не ляжет на штурвал,Что не летать мне птицей быстрокрылой,Не штурмовать врага, как штурмовал.Я слез не выжму, раны – пустяки,Но за потерянные капли кровиСвинцово-тяжело сжимаю кулаки,Плотней сдвигаю к переносью брови.Не к тишине палат – я к грохоту привык.Пусть ненависть к врагу мои залечит раны.Чтобы в боях прославить русский штык,Я снова под знамена боевые встануИ мстить вернусь – не трус, не ротозей,А сталинский солдат непобедимый –За кровь свою, за кровь своих друзей,За кровь защитников страны родимой!1942 г.

Мамаев Владимир Михайлович –(1930-2000 гг.)п о э т юный солдат войны.

Биография

Награды

Стихи

Владимир Михайлович Мамаев - самый молодой участник поэтов. Много людских, в том числе мальчишеских судеб покалечила война. Но Владимиру Мамаеву повезло. Двенадцатилетним мальчишкой он стал сыном полка. Мальчик проживал в местах формирования одной из воинских частей, там и увязался за ней. Его неоднократно пытались эвакуировать, но он постоянно возвращался в часть. В конце концов (после очередного возвращения) командир полка устало махнул рукой и сказал: "Пусть остается. Что толку отвозить, все равно убежит. Поставить на довольствие, зачислить…".Так в 12 лет Владимир стал сыном полка и толковым разведчиком. С армией он прошел от Сталинграда, через Украину, Крым, Белоруссию до самой западной границы. Войну закончил пятнадцатилетним парнишкой, приняв свой последний бой под Кенигсбергом (ныне Калининград). Спустя много лет, уже став профессиональным поэтом, Владимир Мамаев вспомнит об этом в стихотворении «Кенигсберг», посвященном поэту фронтовику Евгению Буравлеву, получившему тяжелое ранение в бою за взятие этого города:***Евгению Буравлёву»Кенигсберг. Сорок пятый.Помнишь, друг мой, тот бой?Боль и радость той датыНе забыть нам с тобой.Через тридцать и сорок –Не забыть, не забыть!Словно ржавый осколок,Будет память хранитьТе последние метрыИ последний тот бой…Кто-то должен быть первымБросить сердце вперед.И бросали, горелиМы на черном огне.Как могли, как умели,Мы служили стране.О, Россия! Пусть будетВечным мир над тобой!Пусть спокойно спят людиНа земле, под землёй.Володя Мамаев выжил в той страшной войне. О его подвигах говорят и боевые награды, в тринадцать лет он получил свою первую боевую награду медаль "За отвагу".Завидная судьба. Впрочем, в том, что сын полка впоследствии стал писать стихи, нет ничего удивительного. Народ всегда старался запечатлеть погибших сыновей в своей поэтической памяти, обессмертить их. Великая Отечественная война - эпоха горя и слез - была в то же время и эпохой замечательных стихов.После войны, 15-летниму юноше, пришлось наверстывать упущенное время, доучиваться и одновременно работать.Бывший сын полка Владимир Михайлович Мамаев прожил трудную, но честную и достойную жизнь. Много лет отработал на Новокемеровской ТЭЦ. Выпустил три книги стихов: «Землянка», «Тишина», «Осенний свет». Был членом Союза писателей России.В последние годы жил в Подмосковье. Умер в 2000 году.Сборники произведений:Завалинка: стихи / В. М. Мамаев. -Кемерово: Сибирский родник, 1995. -126 с.Землянка: стихи / В. М. Мамаев. -Кемерово: Кузбассвузиздат, 2000. -71 с.Осенний свет: стихи / В. М. Мамаев. -Кемерово: Кемеровское книжное издательство, 1985. -64

Медаль «За отвагу» — государственная награда СССР для награждения за личное мужество и отвагу, проявленные при защите Отечества и исполнении воинского долга.

«Ветераны».Над Россией туманы,Словно годы, плывут.Среди нас ветераны,Как легенды живут.Отшумели бураны,Улеглась боль войны.Только им, ветеранам,Снятся черные сны.И, как прежде, комбаты,Их в атаку ведут.И, прежде, солдатаГде-то матери ждут.Через годы и страны,Через крик тишины,Как седые курганы,Все идут ветераны…По дорогам войны.«Мелькают за окнами сосны»Мелькают за окнами сосны,Разъезды вдогонку бегут.Как всё это сложно и просто:Сквозь годы нас в юность везут.Везут…колоколят колёса,Промокшие версты шуршат.Уставшие, будто с покоса,Гвардейцы – товарищи спят.А мимо, как пули, со свистомТоварные мчат поезда.И снова во мне, как горнисты,Трубят грозовые года.И снова окопные будни,И снова 13 мне лет…Как песня рождённая трудно,Встает над землею рассвет.По нивам ржаным, как пехота,Седые туманы ползут…И снова гвардейские ротыНа штурм Кенигсберга идут.***Где мы не бывали,Мне о любви бы, о весне,По каким дорогам не прошли?Да вот беда. Не пишется.Нас не раз на прочность проверяли,Остался я на той войне,Как броню – огнем нещадным жгли.Под деревенькой Лышица.Голодом и холодом косили,В землю зарывали нас живьем,На весь мир кричали: «Нет России»,А Россия есть! А мы живем***"…А то, что прожил –У памяти, друзья, нет срока,Не забыть!Она бессрочна и бесстрастна.Оно в душе, в ее глубинах,Она порою и жестока,На самом дне таится там.Но в правоте своей прекрасна.И вдруг взрывается, как мина,Ни на какие компромиссыИ весь покой летит к чертям.Живая память не идет.И снова подступает холод,Она всегда, как ротный писарь,железный холод черных лет…".Учет добру и злу ведет.***Только вот душа вся пропиталасьЖгучей болью, гарью фронтовой.Кто сказал, что все зарубцевалось,Тот поверьте, не знаком с войной.О войне он слышал понаслышке,У меня же с ней особый счет.Отвалила мне она, мальчишке,Боли, скорби – на сто лет вперед.***Словно мирное времяИ войны вроде нет,Все притихло. Все дремлет.Только падает снег.И заносит, заноситЧью-то боль, чей-то след…Ночью было нас восемьТрое… встретят рассвет.

Волошин Александр Никитич(1912 –1978 гг.)писатель, драматург

Биография

Творчество

Награды

Вся жизнь писателя и драматурга Александра Никитича Волошина была связана с Кузнецкой землей. Но сам он не был коренным сибиряком.Родился Александр Волошин 31 августа 1912 года в Ленинграде. С началом Первой мировой войны семья Волошиных переехала к своим родственникам в Сибирь. Во время Великой Отечественной войны Александр Волошин участвовал во многих сражениях в качестве рядового сапёра, был ранен, дошел до Берлина.Великая Отечественная война оставила глубокий след в душе писателя. Обо всем пережитом на войне, написал в романе «Земля Кузнецкая». Все пережитое и прочувствованное просилось на бумагу, и в 1949 году был написан роман «Земля Кузнецкая».Героями романа стали люди труда, среди которых было много бывших фронтовиков. Вернувшись с войны, они с энтузиазмом включились в восстановление народного хозяйства, словно пытались забыть страшные годы, проведенные вдали от родных мест и своим героическим трудом пригасить горечь людских потерь и царившей вокруг разрухи и нищеты. В короткие сроки бывшие фронтовики осваивали мирные профессии. Это их руками на Кузнецкой земле строились новые города, открывались шахты, возводились заводы, фабрики, мосты, жилые дома, театры и клубы. Народ словно доказывал самому себе, что война – это дело вынужденное и временное, а созидающая мирная жизнь вечна, и именно ей должна посвящаться человеческая жизнь.Роман Александра Волошина «Земля Кузнецкая» во многом автобиографичен, но своим содержанием и настроем, он полностью совпадал с желаниями и устремлениями людей того времени. Роман принес автору всесоюзную славу.Писатель был удостоен Государственной (Сталинской) премии второй степени в после выхода книги. Роман неоднократно переиздавался у нас в стране и за рубежом, был переведен на французский, польский, венгерский, немецкий, словацкий, румынский, китайский, английский языки. По мотивам романа ставились спектакли.У настоящих писателей завидная судьба. Они уходят из жизни, но продолжают жить их книги. Такая счастливая доля выпала и произведениям Александра Волошина.В Кузбассе в 1999 году учреждена Премия им. Александра Никитича Волошина, учредитель - Администрация Кемеровской области. Цель премии - поддержка писателей региона, развитие литературного творчества в Кузбассе. Присуждается за наиболее талантливые, отличающиеся новизной и оригинальностью произведения в прозе, драматургии, публицистике, получившие общественное признание и являющиеся значительным вкладом в художественную культуру Кузбасса. Присуждается один раз в два года. Лауреат получает почетный диплом и денежное вознаграждение.

Творчество.•1931 — «Первая смена» (рассказ)•1939 — «Два товарища» (рассказ)•1949 — «Земля кузнецкая» (роман)•1951 — «Дальние горы» (роман)•1951 — «Испытание» (пьеса)•1957 — «С чего жизнь началась» (сборник рассказов)•1962 — «Дороги зовут» (сборник рассказов)•1967 — «Всё про Наташку» (роман)•1976 — «Время быть» (сборник рассказов)

Медалью “За освобождение Варшавы” награждаютсявоеннослужащие – непосредственные участникигероического штурма и освобождения,а также организаторы и руководители боевых операций при освобождении этого города.Медаль За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. - самая распространенная боевая медаль в СССР, эта медаль создана в честь великой победы советских людей в Великой Отечественной войне. Медаль «За отвагу» — государственная награда СССР для награждения за личное мужество и отвагу, проявленные при защите Отечества и исполнении воинского долга.Медаль «За взятие Берлина» вручалась военнослужащим– непосредственным участникам штурма и взятия немецкойстолицы,а также организаторам и руководителям боевых операций при взятии этого города. Основанием для вручения медали являлись документы, подтверждающие участие в Берлинской операции...

Творчество

Биография

Награды

Прудников Михаил Сидорович (1913 - 1995 ) генерал – майор Герой Советского Союза писатель

Писатель, Герой Советского Союза, имя которого известно всем кузбассовцам, родом из села Новопокровка, ныне Ижморского района Кемеровской области.По нынешний день сохранен в первозданном виде сельский домик, где родился наш знаменитый земляк. Односельчане бережно хранят опустевший дом.Михаил Сидорович — автор ряда книг-бестселлеров и пьесы «Схватка», сценарист трех фильмов, в том числе лидера кинопроката 1966 года «Как вас теперь называть?». Член Союза писателей СССР / России. До войны был пограничником. На фронт ушёл прямо с парада на Красной площади 7 ноября 1941 года. Принимал участие в битве за Москву. Командир партизанской бригады "Неуловимые" на временно оккупированной территории Белоруссии. Отряды совершали крупные диверсии, громили вражеские гарнизоны, нанося гитлеровцам ощутимый урон в живой силе и технике.Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 сентября 1943 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм подполковнику Михаилу Сидоровичу Прудникову присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».С 1980-х годов генерал-майор М. С. Прудников в отставке. Жил в Москве. Умер 24 июня 1995 года. Похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.

Орден Красной Звезды учреждён в 1930 г.(2 ордена)Орден Красного Знамени — один из высших орденовСССР. Первый.Былучреждён для награждения за особую храбрость, самоотверженность и мужество, проявленные при защите социалистического Отечества.Орден Отечественной войны — орден Союза ССР, учреждённый в 1942 годаОрден Ленина — высшая государственная награда Союза Советских Социалистических Республик, учреждённая в 1930 года.(2 ордена)

Творчество:•Неуловимые действуют. — М.: Воениздат, 1965. — 176 с. —(Военные мемуары).— 100 000 экз.•Особое задание. — М.: Молодая гвардия, 1969. — 304 с. — (Стрела). — 100 000 экз.•Разведчики«Неуловимых». — М.: Советская Россия, 1972. — 286 с. — 100 000 экз.•Операция«Феникс». — М.: Воениздат, 1975. — 256 с. — 200 000 экз.•Парольполучен. — М.: Политиздат, 1980. — 280 с. — 200 000 экз.•На линии огня. — М.: Советская Россия, 1989. — 336 с. — 75 000 экз.•Автор сценария фильмов«Как вас теперь называть?»,«Оленьяохота».

Ворошилов Владимир Сергеевич (1919 – 1982 гг. писатель.

Биография

Владимир Сергеевич Ворошилов не просто писатель, прошедший Великую Отечественную войну, он - слепой писатель.Родился Владимир Ворошилов 14 февраля 1919 г. в городе Ленинск-Кузнецкий в семье почтового работника.В 1938 году Владимир уехал на Дальний Восток и поступил в авиационное училище. После его окончания служил в летном полку. Когда началась война, военному летчику, лейтенанту Ворошилову шел двадцать второй год.Более 90 боевых вылетов сделал Ворошилов в первые месяцы войны.С первых месяцев войны был военным летчиком. 30 сентября 1941 года в бою под Смоленском его самолет был сбит, а сам он получил тяжелое ранение в лицо. Ему удалось выброситься с парашютом из горящего самолета. Вслепую Владимиру удалось выброситься с парашютом из горящего самолета. Где приземлился и сколько пролежал, пока его нашли, не знал, так как был без сознания. Подобрали его крестьяне и отвезли в госпиталь в Калинин. Жизнь врачи ему сохранили, а вот зрение было утеряно. После войны Владимир Сергеевич жил в Новокузнецке.Чтобы рассказать людям о том, что ему довелось пережить, Ворошилов решил стать писателем.Всей своей последующей жизнью и произведениями Владимир Ворошилов стремился доказать, что попав в беду, человек должен всегда бороться: с болезнью, несчастьем, и прежде всего с самим собой. Этому посвящена и его известная книга «Солнце продолжает светить».На этот труд у него ушло десять лет. Писал сначала самостоятельно, накалывая тысячи точек на бумагу. Потом диктовал текст жене.Роман был дважды переиздан московским издательством «Советский писатель». Через пять лет, после выхода произведения, была написана вторая часть романа под названием: «И не погаснет!». В начале восьмидесятых было издано продолжение «Капля света».В 1968 году роман В. С. Ворошилова «Солнце продолжает светить» вышел полностью в Кемеровском книжном издательстве и стал любимым произведением у читателей. Его обсуждали на читательских конференциях, издательство и автор получали тысячи писем со всех уголков страны, а Владимир Сергеевич Ворошилов был принят в члены Союза писателей СССР.Владимир Сергеевич Ворошилов умер в 1982 году в Кемерове.Он умер в пути. Заснул в машине, возвращаясь из командировки. И не проснулся...